ВЗЛЁТ И ПАДАНИЕ
[весёлость]
Знаешь ль ты,
–как будто ты не знаешь–
Что являешься сапфиром,
Моим последним светом любви;
Чем заставляю себя понять:
Какое красивое,
Какое святое и
Какое ценное же то озеро
Янтарного огня и красоты!.
Что уцелею, ежели, кстати,
Потому что все курки, и пуля
Мне не достучаются
–обойду, тихо двигаюсь–;
Я сам в себе Бог!
А ни времён ни пламён,
В сизого дым, как челядь,
Железом, не застывают
Моё счастье как свинцовый град
Без зазрения, пулями и эфиром.
Что боль любил опалом серым являясь,
За то что за тебя упал а ты не
На мёртвую землю обернулся
Оставляя лишь жжёнку?
Дай, о Емиль, мне лишь последний шанс
Чтобы в ясном глубоком отчаянии –
Упасть и прятаться,
Затянуть и забираться;
Лежав пробужу не жив
А счастливом, наконец, являлся!
ОСТРИЁ
Ходит, нежно, бежит по коридору Факультета нашего весёлый с дымом янтарным; и вдруг взглянул я, взвидел и зябнул он там [туда-сюда, тула-сюда] а я здесь и да, видение про него жнёт меня, сильней жжёт каждую кость, волосы все и, тогда, губы мои, мои глаза в огне...забираются весёлостью светящими жемчугами. Понимайте, люди, это моя жалоба, тоже, это что происходит с такого сентября.
Взлёт фантазии когда он проходит и я, рядом, недалеко от него, видел свои мечты; значит радость и доверие, эфирный дым до тех пор узнал б что он является счастливым и свободным; но он на меня посмотрит? Это фантазия, это только сон; что даёт мне не упасть, что за меня пробудит честно. Вмиг влюблял в него; свои волосы, своя улыбка, свой голос и, также, своё отражение поглащают меня в милом кислоте.
Он ключ счастья, озеро желаний; ой, моё мятежное чувство, которое хочет его не смотря на то, что ему по хую. Остриё бытия, рядом с смертью, прячутся и собираются, друг друга, в оливковых глазах его. Как то раз а ещё раз запутаюсь в себе; настоящую любовь и дружбу ищу; а думал бы что в нём всё это находится. Вижу твой силуэт и прошу себя чтобы не покидаю, за него ещё хочу жить и за него верю, опять, в любви.
АЕМИЛЬ (ИЛИ О ЛЮБВИ)
Любовь –
Это невидимое бытие,
Это непобедимая стена,
Это вена прочитанных битв;
Является
Эфирным объятием,
Безбожным именем
Перед бедой без слов тёплых,
Кайфом, за бреда красок дней; кайф!
О, Аемиль –
Придумаешь ль ты
Свинец как серебрится,
Цветы как сожгутся
И честь как прятавшая улица?
Чьё забытое здание
–Кто о чём-либо
Сильно любя клянётся,
Передо мнением соберётся
От лжей и своей красоты–?
Будь счастливо
Аемиль, о Аемиль,
У пустоты мне в облака,
Прощай! Из беда, прощай!
За ценным янтарем
Встанет солнце и рядом!
EMILIO
Крик последнего дня,
Крик беснадёжного отражения;
Звук одинокого огня,
Звук прошлого желания;
Шанс огромного боя,
Шанс подручного ожидания;
Шухер мыслей моих,
Шухер песней своих;
Дым ценного сентября,
Дым уходящего трамвая;
И двух журавлей, тоже, пуля
Дыханием печальным сохранит
И убеждаюсь в нём тогда.
AEMILIAE
Являются лежа незнакомцами -
Требуются, собираются, тянутся;
Забираются, клянутся, обнимаются;
Отражаются, обманутся, ожидаются;
Начинаются, продолжаются, улыбаются:
Тонутся, возвращаются, убеждаются:
Отказываются, найдутся, оглянутся;
Двигаются, прячутся, обойдутся;
Бьются, меняются, боются;
Иногда забываются,
Никогда целуются;
Где-то скроются;
Тогда падаются;
Всегда прольются:
Года убьют со свинцами
И друг за другом, они, сожгутся.
ЭДДАНИЕЛЬ (2009)
Сколько дней без тебя подожду?
А сколько, имя его повторяю?
Если хотя бы, что, за тобой, лежу,
Можешь понять; то что увижу
К тебе и только тебе дарю
Своё дыхание, свой пульс и свою душу;
А ты всё ещё с ним? Дам снаряду
Четыре имена тихо, сильно, ночью
-если возможно было- и улетаю,
И ухожусь и обернусь нет!
О НЁМ
Свет облаков и солнца
Увидеть можно, то свечение,
Когда откроешь свои глаза
Под взглядом Бога хранится
Каждое слово эта птица,
Около зданий, крик сердца
Звучит, дымом, и тянется
А в нём убедится,
Кроме тёмных дней; политься
-надеюсь- он честно забудется
Про кого влюблённым является
Но к нему не обернётся!
